Политика

В июле 1979 года Пистоне был в Майами, когда позвонил Левша: «Дуй за нью-йоркскими газетами, тут такое произошло!»

Убили Кармина Галанте, главу семьи Бонанно, того самого, которого Пистоне и Левша охраняли у дверей ресторана «Каса белла», не смея зайти внутрь. Галанте вышел из тюрьмы всего несколько месяцев назад. Трое неизвестных застрелили его за обедом на заднем дворе маленького ресторана «У Джо и Мэри» на Никербокер-авеню в Бруклине. На фотографии в газетах он лежал на спине, намертво зажав в зубах сигару. Хозяина ресторана и его приятеля тоже убили. А двое телохранителей, которые обедали с Галанте, после нападения просто ушли.

Пистоне перезвонил Левше: «Охренеть». Левша ответил: «Грядут большие перемены». — «Ну а нам-то что делать?» — «Не по телефону. Приезжай».

Через несколько дней Левша рассказал, как всё было для него. Сразу после убийства ему позвонил Сонни Блэк и позвал на ночное собрание в свой бар в Бруклине. Запретил кому-либо об этом говорить. Левша много лет работал на капитана Забеллу, который был на другой стороне. «Я сразу подумал, что меня будут валить, — признался он. — Приказали явиться, запретили рассказывать. Но выбора у меня не было». Встреча, как выяснилось, прошла в дружественной обстановке. Сонни выложил расклад: кого убили, кого продвинули. Один стал капитаном. Другой, молодой и хитрый, тот самый, что обедал с Галанте и ушёл, тоже стал капитаном, в двадцать восемь лет самым молодым в семье. Забеллу и его заместителя должны были убить, но за них вступилась куча народу, и их просто разжаловали в солдаты. А Левше дали выбор, на кого работать. Сонни хотел, чтобы Левша остался с ним. «Ну я и говорю: Сонни, я с тобой».

Перемены приходят внезапно

Это первое, что надо знать о политике в любой организации: перемены не объявляют заранее. Вчера Галанте был главой семьи, которого охраняли на улице. Сегодня он на первой полосе с сигарой в зубах. Вчера Забелла был капитаном, сегодня солдат. Вчера двое были телохранителями, сегодня один из них капитан.

Пистоне объясняет правило, по которому всё это происходило. Если одна коалиция получала от Комиссии разрешение убрать босса, все сторонники убитого были обязаны перейти на её сторону. Иначе начиналась зачистка, которая могла длиться годами, до полной победы одной из сторон.

В конторе не убивают, но перемены приходят так же. Нового директора назначают в пятницу вечером, отдел расформировывают за выходные, вчерашний любимец начальства в понедельник узнаёт, что его должности больше нет. И почти всегда выясняется, что кто-то знал заранее. Те, кто знал, были готовы. Остальные узнавали из газет.

Отсюда правило: будь готов к переменам всегда, а не когда о них объявят. Не связывай свою судьбу целиком с одним человеком наверху: он может уйти, и ты уйдёшь вместе с ним. Имей отношения на разных этажах и в разных группах. И когда перемены пришли, не мечись. Левша не знал, чем кончится ночное собрание, но поехал, выслушал и сделал выбор. Метания в такой момент заметнее, чем любая ошибка.

Дела делаются лично

Второе правило: настоящие решения принимаются не на совещаниях, а в разговорах с глазу на глаз. Не в кабинете, а в баре, в машине, на прогулке.

Посмотри, как Сонни собирал свою команду после убийства Галанте. Он не созвал общее собрание. Он позвонил Левше лично, позвал ночью к себе, запретил рассказывать. Поговорил один на один, выложил расклад и предложил выбор. Так переманивают людей из чужой команды. Так завоёвывают лояльность в момент, когда человек ждёт худшего и получает предложение.

Через два года, весной 1981-го, Сонни провёл ещё одну такую операцию. Пистоне узнал о ней по телефону. Левша звонил ему во Флориду и говорил кодом: «Так, Донни, теперь не ляпни лишнего. Просто представь, что произошло. Теперь все под нами». Пистоне, по его словам, представил, как убивали трёх капитанов из враждебной фракции. А позже Сонни сам рассказал, как в день этих убийств держал у себя в баре дядю Тони Мирры, Эла Уокера, под присмотром двух громил. Мирра накануне объявил, что остаётся на другой стороне. «Когда он услышал новости, то прям побелел, — рассказывал Сонни. — Решил, что мы его тоже завалим. Но я просто потолковал с ним насчёт Тони. Объяснил, что Тони ведёт себя неправильно и лучше бы ему взяться за голову». Дядя пообещал, что племянник исправится.

Я не привожу тебе это как образец — методы Сонни я тебе не советую. Я привожу это как устройство. Сонни знал, кто кому родственник, и пользовался этим. Он не пошёл к Мирре в лоб, он пошёл через дядю, в ту самую минуту, когда дядя был лучше всего готов слушать.

Кто кому родня и кто кому должен

Третье правило: знай, кто с кем связан. Не по оргсхеме, а по жизни. Кто чей родственник, кто с кем учился, кто кому обязан карьерой, кто кому должен денег или услугу. Эта невидимая схема определяет, как на самом деле принимаются решения, гораздо точнее той, что висит на стене.

Сицилийские корлеонцы построили на этом знании всю свою победу. Дикки пишет, что они годами тихо вербовали людей внутри чужих семей, тайком от их боссов. Когда Тото Риина похитил и убил тестя одного из кузенов Сальво, ни Сальво, ни его покровитель Бонтате, при всех своих связях и богатстве, не смогли даже получить тело для похорон. Риина отрицал причастность, и, как потом выразился Бушетта, врал в глаза. Другие мафиози, замечая не только дерзость Риины, но и бессилие его противников, делали выводы, на чью сторону вставать. В 1977 году корлеонцы изгнали из Коза Ностры Тано Бадаламенти, который одно время возглавлял Комиссию, по обвинению в том, что он за спиной у других прикарманивал деньги от наркотиков. Своих людей Риина, по словам одного перебежчика, подбирал так, чтобы они могли улыбаться всегда и везде, даже в разгар землетрясения.

А за полвека до этого невидимая схема спасла жизнь Морелло. Когда в 1920 году «босс боссов» д'Акуила вынес ему и его союзникам смертный приговор, все трое, как пишет Дэш, без сомнения благодаря друзьям в совете, узнали о приговоре раньше, чем его успели исполнить, и бежали из страны на корабле из маленького порта в Вирджинии. Один человек на заседании, который знал, кто кому друг, решил судьбу трёх.

Лишних вопросов не задают

И последнее. В политике то, чего ты не спрашиваешь, так же важно, как то, что ты знаешь.

Пистоне пишет, что после убийства Галанте он не расспрашивал, кто убил босса. В том мире интересуются только тем, что касается тебя напрямую. Обычное человеческое любопытство — плохое качество для правильного парня. Лишние вопросы привлекают лишнее внимание. Он не стал даже узнавать подробности через осведомителей ФБР: если бы полиция что-нибудь разнюхала, все начали бы искать стукача, и первым вспомнили бы того, кто много спрашивал.

В конторе тот, кто больше всех расспрашивает о слухах, первым попадает в подозреваемые, когда слух выходит наружу. Знай то, что тебе нужно знать. Слушай больше, чем спрашиваешь. Остальное придёт само, если ты достаточно долго стоишь у двери.

Что из этого следует

Не связывай судьбу с одним человеком наверху. И когда тебя ночью зовут к новому начальнику и просят никому не говорить, иди. Скорее всего, тебе предложат выбор. Хуже, если не позовут вовсе.