Ссора в команде
Через полгода после того, как Пистоне прибился к бруклинской шайке Джилли, из тюрьмы вышли двое старых членов банды, Пэтси и Фрэнки. Новый человек им сразу не понравился. Однажды Пистоне зашёл в лавку и застал всю шайку в полном молчании. Джилли взял его под локоть и предложил прогуляться.
На улице Джилли сказал прямо: ничего личного, Дон, но у тебя проблемы с Пэтси и Фрэнки. Они тебе не доверяют и хотят навести о тебе справки у твоих людей в Майами. Пистоне спросил: а ты сам мне не доверяешь? Джилли засуетился: доверяю, конечно, но я вырос с этими парнями, мы работали вместе задолго до того, как их закрыли, я не могу пойти против них. Пойдём обратно, сядем и обсудим.
Пистоне потом разбирает этот эпизод с профессиональным уважением. Те двое сделали всё по правилам: пошли к старшему и выложили претензии. Джилли, главный в шайке, не мог от них отмахнуться, потому что знал их гораздо дольше. Конфликт стал его заботой, и он тоже поступил по правилам: сначала поговорил с Пистоне один на один, на улице. А когда тот упёрся, предложил сесть всем вместе. За столом, пишет Пистоне, все раскрывают карты и высказывают друг другу претензии.
Разговор за столом получился жёстким, с пистолетом на столе, и кончился тем, что Пистоне дал им имя для проверки, а проверка, к его облегчению, прошла. Но меня в этой истории интересует не пистолет, а порядок. Он хорош для любой конторы.
Порядок разбора
Посмотри на этот порядок ещё раз, без бандитского колорита. Недовольные идут не друг к другу, а к старшему. Старший не принимает решение по одной стороне: он сначала говорит с другой, отдельно и без свидетелей. Если наедине не разобрались, все садятся за один стол и говорят друг другу в лицо. Старший ведёт разговор. Решение принимается там же.
Почему так? Потому что ссора, которую оставили расти, отравляет всех. Если двое поссорились и каждый жалуется своим, через неделю команда делится на две партии, и уже никто не помнит, с чего началось. Если старший узнал и молчит, все решают, что ему всё равно, и ссорятся смелее. Если старший принял сторону одного, не выслушав другого, второй навсегда запомнит, что здесь правды не найти.
Разнимай быстро. Говори с каждым лично. Если не помогло — общий стол, при тебе, в лицо. И реши. Плохое решение, принятое быстро, лучше хорошего, которое приходит через месяц, когда все уже наговорили друг другу непоправимое.
Как не надо
А вот как выглядит разбор, когда его затягивают.
Весной 1981 года Тони Мирра, с которым Пистоне водился в первые месяцы в Маленькой Италии, решил отвоевать его у Левши. Он пошёл к главе семьи и заявил, что Донни работал на него с самого начала, а значит, принадлежит ему. Начались сходки в клубе консильери семьи Бонанно на Принс-стрит в Маленькой Италии. Осведомители ФБР докладывали о странном всплеске активности: туда съезжались известные мафиози.
Левша звонил Пистоне на пределе: «Ты и представить не можешь, каково это. Мы уже восьмой день с этим Миррой воюем за тебя. Я сегодня четыре с половиной часа тебя отмазывал!» К делу примешались новые обвинения: другой человек утверждал, что Донни заработал с ним на стороне и не поделился. А потом Левша сорвался: прямо перед всеми боссами накричал на собственного капитана, Сонни, потом на других капитанов, наговорил лишнего. «Ну и меня выгнали из-за стола».
Через пять дней, по словам Левши, на сходках решили в пользу Донни. Но посмотри, во что обошёлся этот спор. Почти две недели совещаний ради одного соучастника, которого никто даже не спросил. Ссора между двумя людьми разрослась в спор, в котором участвовали капитаны, консильери, боссы и даже глава семьи в тюрьме. А тот, кто сорвался, потерял место за столом, хотя в итоге оказался прав.
Две ошибки в этой истории стоит запомнить. Первая: спор, который не решили сразу, обрастает новыми обвинениями, как снежный ком. Вторая: тот, кто в споре теряет самообладание, проигрывает, даже если прав. Левше повезло, что за него вступились другие. Тебе может не повезти.
Внутри или снаружи
И ещё одно правило. Ссору внутри команды решают внутри команды. Выносить её наружу — к чужим, к конкурентам, к вышестоящему начальству через голову своего — значит признать, что ты не справился.
Джо Бонанно, объясняя устройство американской Комиссии, говорил: при внутреннем бунте вопрос обычно решается внутри семьи. Комиссия вмешивалась, только если её просили, и только если обе стороны соглашались принять её решение. Даже в мире, где спорили с оружием, старались не тащить свои ссоры к соседям.
В конторе то же самое. Если двое твоих людей поссорились, это твоя забота, а не забота твоего начальника и уж точно не забота клиентов. Если ты сам поссорился с коллегой, сначала поговори с ним, а не с его начальником. Идти выше стоит только тогда, когда внутри исчерпано всё. И помни: каждый, кого ты втянул в чужую ссору, потом будет помнить, что ты не смог справиться сам.
Что из этого следует
Узнал о ссоре — разбирайся сразу: сначала с каждым наедине, потом, если надо, за одним столом, в лицо. И помни Левшу, которого выгнали из-за стола. Правота — не повод кричать на боссов. Даже если они того заслуживают.