Цель и привычка
В феврале 1909 года нью-йоркский детектив Джо Петрозино, гроза итальянских бандитов Манхэттена, тайно приехал на Сицилию. Задача была ясная: собрать в местных полицейских архивах справки о судимостях итальянцев, живущих в Нью-Йорке. По американскому закону того времени каждой такой справки хватало, чтобы выслать человека обратно. Петрозино работал как одержимый: с утра первого же дня в здании суда Палермо, потом три недели в архивах дальних городов. По воскресеньям, пишет Дэш, он сидел в гостинице и перепечатывал заметки на машинке. Справки множились.
И при этом он делал то, что Дэш называет элементарными ошибками. Открыл счёт в банке под своим именем. Назвал своё настоящее имя официантам в «Кафе Орето» на площади Пьяцца-Марина, где ужинал с опасной регулярностью. Стал ходить по городу без револьвера, оставляя его в чемодане в номере.
Двенадцатого марта, после ливня, в половине восьмого вечера, Петрозино поспешил в «Кафе Орето» поужинать. Занял свой обычный столик у стены, откуда видел каждого, кто входил. Заказал пасту, рыбу, жареный картофель и пол-литра вина, всего на две лиры семьдесят. Когда он приступил к сыру, вошли двое мужчин, коротко с ним поговорили и вышли. Петрозино оставил три лиры, не дождался сдачи и пошёл за ними. Прошёл двести двадцать ярдов. В восемь пятьдесят на Пьяцца-Марина прозвучали четыре выстрела.
Привычка экономит силы. И делает тебя предсказуемым
Я начинаю главу о привычках с этой истории не для того, чтобы ты их боялся. Привычки — лучшее, что придумано для работы. Это действия, которые ты совершаешь, не тратя на них решений и воли. Встал, оделся, пошёл, сделал. Чем больше полезного у тебя превращено в привычку, тем больше сил остаётся на то, что требует головы.
Но у привычки есть оборотная сторона: её видят другие. Петрозино экономил силы на ужине, чтобы тратить их на справки, и это было разумно. Только его «обычный столик» знали не одни официанты.
Мы, кстати, сами знали эту слабость лучше всех. Дэш рассказывает, как за двадцать лет до Петрозино, в 1889 году в Корлеоне, молодой Морелло получил задание убить капитана полевой стражи Веллу. Велла вёл расследование об угоне скота. Морелло изучил его распорядок: Велла был завсегдатаем кафе «Стелла д'Италия», заходил туда вечером выпить вина, приходил и уходил один, а домой к жене срезал путь по закоулкам. Засаду устроили в нескольких ярдах от его дома.
В конторе тебя никто не застрелит из-за распорядка. Но урок тот же: твои привычки работают и на тебя, и на тех, кто хочет тебя использовать. Конкурент знает, что ты всегда снижаешь цену в декабре. Поставщик знает, что ты никогда не проверяешь вторую партию. Подчинённый знает, что по пятницам ты подписываешь не читая. Держи полезные привычки и время от времени проверяй, кто ещё о них знает.
Не что ты хочешь получить, а кем ты являешься
Теперь о целях. Обычный совет — ставить ясные цели: что, сколько и к какому сроку. Совет верный. Без направления, как говорили старики, любая Семья превращается в базар: все бегают, кричат, а дело стоит. Цель нужна, чтобы все тянули в одну сторону.
Но есть вещь сильнее цели, и о ней говорят реже. Это то, кем ты себя считаешь. Цель кончается, когда достигнута или провалена. А то, кем ты являешься, работает каждый день и сам подсказывает решения.
Пистоне пишет об этом одной фразой: «Истинные мысли таковы, что ты агент ФБР при исполнении. Об этом нельзя забывать ни на секунду». Пять лет он жил как Донни Браско, ел с мафиози, пил с ними, ездил с ними во Флориду, и ни дня Донни Браско не стал. У него была цель — улики, — но держался он не на ней. Держался на том, кем был. Когда цель далеко, её легко потерять из виду. Когда ты знаешь, кто ты, каждое мелкое решение принимается само.
Бернардо Провенцано, «босс боссов», который больше сорока лет скрывался от правосудия, тоже держался на образе. В его последнем укрытии нашли простую еду из сыра рикотты с цикорием, кровать с одеялом, но без постельного белья, Библию и одежду, которую, как пишет Дикки, постеснялся бы надеть зажиточный фермер. национальный прокурор по борьбе с мафией Пьеро Грассо считал, что эта бедность была тактическим выбором: проявлением мафиозной этики и солидарности с сидящими в тюрьмах. Провенцано управлял тем, что был тем, кого должны уважать. Я не прошу тебя восхищаться его образом. Посмотри только, как работает сам механизм: человек, который решил, кем он является, принимает тысячи мелких решений одинаково, не тратя на них сил.
А кончилось всё, кстати, привычкой. Решающим сигналом к аресту, пишет Дикки, стала рука Провенцано, которая высунулась из-за двери, чтобы забрать тарелку с рикоттой, оставленную на крыльце. Сорок с лишним лет на рикотте. И на рикотте же попался.
Дальняя цель и ближняя привычка
Как связать далёкую цель с сегодняшним днём? Только через привычки. Далёкая цель недостижима сразу, но каждый день можно делать то, что к ней ведёт.
Левша Руджеро объяснил Пистоне путь в мафию в одной фразе, лучше любого тренера: «Не суй нос в чужие дела, не подводи семью. Соблюдай правила, заноси долю, и однажды тебя выдвинут на посвящение». Далёкая цель — посвящение. Ежедневные привычки — правила, доля, внешний вид, молчание при старших. Цель задаёт направление, привычки везут.
Только помни, что «однажды» в этой фразе бывает очень растяжимым. Как ты увидишь дальше, в американских семьях книги приёма однажды закрыли на девятнадцать лет. Привычки, которые ты строишь ради цели, должны быть полезны и сами по себе. Тогда ты не проиграешь, даже если цель отодвинется.
Что смотришь, тем и становишься
И последнее. Голова настраивается на то, что видит. Посмотрел фильм о гангстерах — и уже ходишь чуть иначе. Почитал о людях, которые многого добились, — и тянет работать. Это называют настройкой, и она работает сильнее, чем мы думаем.
Ветеран неаполитанского угрозыска рассказывал Савьяно, как каморристы подражают киллерам из фильмов: «После Тарантино они все стали стрелять как бог на душу положит. Ствол прямо больше не держат, теперь только плашмя или наклонят и стреляют, как в фильмах». А попадают от этого в живот и в ноги, не убивают, а калечат, и потом приходится добивать. Кино настроило руку — и испортило работу.
Выбирай, на что ты настраиваешь свою голову. Окружение, книги, люди, с которыми ты обедаешь, разговоры, которые слышишь с утра. Всё это незаметно меняет твою руку. Дон Винченцо начинал каждое утро с одного и того же: обходил прачечную, здоровался с каждой гладильщицей по имени и пробовал масло из новой банки. Это была не церемония. Это была настройка: прежде чем решать, вспомнить, о чём всё это и для кого.
Что из этого следует
Полезное превращай в привычку, чтобы не решать его заново каждое утро. Но помни, что твою привычку видишь не только ты. Не садись каждый вечер за один и тот же столик у стены, если по городу ходят люди, которым ты мешаешь.