Сколько стоит право
Савьяно описывает строительного «хищника» из Кампании. Его талант, пишет он, — отыскать ничем не примечательные участки, выкупить их за гроши и терпеливо ждать, пока цена каждого сантиметра земли и каждой ямы сильно вырастет.
Что на самом деле покупает этот человек? Не землю. Пустой участок за городом ничего не приносит: ничего не растёт, не сдашь, а налоги плати. Хищник покупает право построить, когда это станет выгодно. Придёт город к его участку, поменяют план застройки, проложат рядом дорогу — право превратится в большие деньги. Не случится ничего — у него останется участок, за который он отдал гроши, и уплаченные налоги.
Это опцион, хотя ни один застройщик его так не назовёт. Экономисты зовут такие вещи реальными опционами: право сделать что-то потом, купленное сейчас. И главный вопрос о любом опционе: сколько стоит это право?
Дерево вариантов
Начнём с простого. Пусть акция стоит сто. Через год она станет либо сто двадцать, либо восемьдесят. Сколько стоит право купить её через год за сто?
Вырастет акция — право даст двадцать: купишь за сто то, что стоит сто двадцать. Упадёт — право бесполезно. Кто станет платить сто за то, что стоит восемьдесят? Значит, исходов два: двадцать или ноль. Из акции и денег в банке можно собрать комбинацию, которая даст ровно те же двадцать или ноль. Сколько стоит она, столько стоит и право. Иначе кто-нибудь заработает на разнице без риска. Это и есть биномиальная модель: мир ветвится на «вверх» и «вниз», а цену права находят шаг за шагом, от конца к началу.
Теперь разбей год на много маленьких шагов. На каждом акция идёт чуть вверх или чуть вниз. Шагов становится бесконечно много — и получается формула.
Формула
В 1973 году экономисты Фишер Блэк и Майрон Шоулз опубликовали формулу цены опциона, а Роберт Мертон в том же году её строго обосновал. По формуле цена права зависит от пяти вещей: от текущей цены актива, от цены, по которой его можно купить, от срока, от процентной ставки и от того, насколько сильно скачет цена актива. Последнее зовут волатильностью.
В 1997 году Шоулз и Мертон получили за это Нобелевскую премию. Блэк не дожил: он умер в 1995 году, а посмертно премию не дают. А через год после премии фонд, в совете которого сидели Шоулз и Мертон, едва не обрушил мировые рынки, о чём мы уже говорили. Формула была верна — в своих допущениях. Мир оказался безумнее допущений.
Чем страшнее, тем дороже
Из пяти вещей самая неожиданная — волатильность. Чем сильнее скачет цена, тем дороже право. Почему?
Вспомни: у того, кто купил опцион, убыток ограничен. В худшем случае теряешь премию. У купленного колла на акцию не ограничен и выигрыш: цена может улететь сколь угодно высоко. Скачет цена мало — право почти никогда не принесёт много. Скачет дико — есть шанс, что она улетит очень далеко вверх, а падение тебя почти не волнует: ты просто не воспользуешься правом. У пута потолок есть. Ниже нуля акция не упадёт, так что больше оговорённой цены за вычетом премии он не принесёт. Но и для него большие скачки при прочих равных означают больший шанс на крупный выигрыш.
Неопределённость пугает владельца акции. Купленный опцион она, при прочих равных, делает дороже. Только не путай: дорожает право от того, каких скачков ждёт рынок. Это не значит, что владелец опциона зарабатывает на любой тряске. Цена прыгала весь год туда-сюда и к сроку вернулась на место — право купить по той же цене сгорело.
Савьяно пересказывает слово, которое в наркоторговле Неаполя называют «ставкой». Это сумма, которую босс даёт наместнику, чтобы тот купил партию. Термин, пишет Савьяно, пришёл из беспорядочной экономики кокаина: здесь делают ставки, как в рулетке. Поставил сто тысяч евро, всё прошло хорошо — через две недели они превращаются в триста тысяч. Наместник держал опцион на чужие деньги. При удаче он, как выяснило следствие, утаивал часть прибыли. При провале проигрывал босс. Дело было диким и непредсказуемым, так что опцион стоил очень дорого. Боссу он обошёлся так: наместники разбогатели и откололись, и в Секондильяно началась война.
Индекс страха
На финансовых рынках волатильность научились мерить по ценам опционов. Дорожают опционы — значит, ждут больших скачков. В 1993 году Чикагская биржа опционов начала публиковать индекс, который показывает, каких колебаний рынок ждёт в ближайший месяц. Его зовут индексом страха. В спокойные времена он держится в районе десяти-двадцати. В октябре 2008 года, в разгар кризиса, он за день поднимался почти до девяноста. В марте 2020 года, в начале пандемии, закрылся на рекордных восьмидесяти двух с лишним. А пятого февраля 2018 года вырос за день вдвое. Несколько фондов, которые зарабатывали на продаже «страха», то есть на том, что рынок останется спокойным, разорились за одну ночь.
Продавать страх выгодно, пока его нет. Так страховщик много лет собирает премии. Пока не приходит большой пожар.
Двор Дона
У первой прачечной Дона Винченцо был пустой двор, заросший травой. Соседний ресторан много лет хотел его купить, чтобы устроить склад. Предлагали хорошо заплатить. Я считал, что надо продать: двор ничего не приносит, а налог мы платим.
Дон отказывался. «Я не знаю, понадобится ли мне этот двор, — говорил он. — Но если понадобится, купить его будет негде». Через двенадцать лет мы поставили во дворе второй пресс и расширили сушильню. Без двора переезжала бы вся прачечная.
Потом я сел и посчитал честно. Я ведь и сам, когда уговаривал продать, считал одни налоги. А налоги — не вся цена. Деньги ресторана, которых мы не взяли, двенадцать лет могли бы приносить проценты. Налоги вместе с этими процентами и были премией за опцион, и вышла она заметной. Сами деньги никуда не делись: они остались в земле, земля не подешевела, и продать её можно было в любой год. А переезд всей прачечной обошёлся бы дороже даже с этими процентами. Не понадобись нам двор — счёт вышел бы в пользу ресторана. «Пустое место, — сказал Дон, — дороже всего тогда, когда ты не знаешь, что с ним делать. Пока не знаешь, всё возможно».
Что из этого следует
За право сделать что-то потом платят не только наличными. Проценты с денег, от которых ты отказался, — тоже премия. Держи право, пока эта премия меньше того, что оно может спасти, и пересчитывай каждый год.