Колл и пут

Аристотель рассказывает в «Политике» историю о философе Фалесе из Милета, жившем в шестом веке до нашей эры. Над Фалесом смеялись: если ты такой умный, почему такой бедный? Философия, мол, ни на что не годится. Фалес решил показать, что годится.

Он смотрел на звёзды и ещё зимой понял, что следующий урожай олив будет огромным. Денег у него было немного, и на собственные прессы для отжима масла их не хватало. Тогда он обошёл все масличные прессы в Милете и на соседнем острове Хиос и за каждый внёс небольшой задаток — за право арендовать его в сезон урожая. Зимой прессы никому не нужны, никто с ним не торговался, и право досталось Фалесу дёшево. А когда пришёл урожай и прессы понадобились всем сразу, Фалес сдавал их на своих условиях. Заработал много. Аристотель заключает: так он показал, что философам легко разбогатеть, если захотят, но не к этому они стремятся.

Я не случайно начинаю с олив и прессов. Дон Винченцо, услышав эту историю, сказал, что Фалес — единственный философ, которого он уважает.

Право, но не обязанность

Что купил Фалес? Не прессы. Он купил право ими воспользоваться, если захочет. Будь урожай плохим, он просто не стал бы арендовать и потерял бы задатки. Немного. Урожай вышел огромным — и право стоило очень дорого.

Это и есть опцион: право, но не обязанность. Право купить что-то в будущем по заранее оговорённой цене называется колл. Право продать по оговорённой цене — пут. Платишь за право сразу, и эта плата называется премией. Не пригодилось — теряешь только премию. Пригодилось — выигрыш может быть во много раз больше.

Посмотри на форму сделки: в форварде, о котором мы говорили, обязаны обе стороны: один купить, другой продать. В опционе обязан только продавец. Покупатель выбирает. За эту свободу он и платит.

Пут, который покупают все

Ты покупаешь опционы всю жизнь, сам того не зная. Страховка — это пут. Ты платишь страховщику премию за право «продать» ему свой сгоревший дом по оговорённой цене. Дом цел — право пропадает, премия остаётся у страховщика. Дом сгорел — право стоит целого дома.

Гамбетта пишет о защите почти теми же словами. Платя налоги или страховые взносы, мы ничего не получаем взамен, кроме права воспользоваться услугой, если и когда она понадобится. Платим даже за потенциальную услугу: страхуем дом ради защиты, которая может никогда не понадобиться, а аппарат защиты надо содержать, даже когда он простаивает.

Выходит, лавочник, который платит за защиту, покупает пут на свою лавку. Беда в одном. Продавец этого пута часто сам решает, сгорит лавка или нет.

Колл бесплатно

Теперь вспомни Банк Сицилии. Анонимные заёмщики брали там ссуды под залог акций, которые сами же на эти деньги и покупали. Акции росли — заёмщик забирал прибыль. Падали — убыток оставался банку. Это колл: весь рост без риска падения, только премию за него никто не платил. Банк, сам того не понимая, раздавал опционы даром и на них же разорился. Бывает.

Каждый раз, когда рост достаётся одному, а падение другому, где-то бесплатно раздают колл. Менеджер с бонусом за прибыль и без штрафа за убыток. Банк, который знает, что государство его спасёт. Посредник в «ставках», которые босс выдаёт из своего кармана. Ищи, кто держит этот колл. И кто продал его, не получив премии.

Рынок прав

Долгое время опционы продавали частным образом — как Фалес, который договаривался с каждым владельцем пресса. Двадцать шестого апреля 1973 года в Чикаго открылась первая биржа стандартных опционов на акции. В первый день заключили девятьсот одиннадцать контрактов на шестнадцать акций. Только коллы. Путы добавили через четыре года, а сегодня в мире каждый день торгуют десятками миллионов опционных контрактов.

Одну полезную вещь можно понять без формул. Возьми колл и пут на одну акцию с одной оговорённой ценой и одним сроком. Пусть исполнить их можно только в этот срок, а дивидендов акция до него не платит. Купи акцию и пут — получишь то же, что колл плюс деньги в банке. Денег ровно столько, чтобы с процентами к сроку они доросли до оговорённой цены. И там и там рост акции твой, а ниже оговорённой цены ты не опустишься. Поэтому их цены не могут надолго разойтись, иначе кто-нибудь сразу на этом заработает. Финансисты зовут это паритетом. Платит акция дивиденды или опцион можно исполнить раньше срока — равенство приходится поправлять, но связь остаётся.

Предложение, от которого можно отказаться

В «Крёстном отце» — это кино — звучит знаменитая фраза о предложении, от которого нельзя отказаться. Это полная противоположность опциона. Весь смысл опциона в том, что от него отказаться можно. Ты за это и платишь: за свободу сказать «нет», если мир повернулся не так.

Дон Винченцо понимал опционы лучше, чем думал. Когда появилась возможность брать масло у второй давильни, он не стал подписывать с ней договор, а заплатил хозяину небольшую сумму за право купить у него следующей осенью определённое количество масла по оговорённой цене. Справится наша давильня — право пропадёт, потеряем немного. Случится с ней что-то — будет запасной поставщик по известной цене.

Наша давильня справилась. Право пропало. Жалко? Ничуть. Хозяин второй давильни был доволен: получил деньги ни за что. Мы тоже: купили спокойный сон. «Фалес покупал прессы, которые ему могли понадобиться, — сказал Дон. — Я купил давильню, которая мне могла понадобиться. И дешевле, чем покупать её на самом деле».

Что из этого следует

Когда рост достаётся одному, а падение другому, проверь, кто из них ты. Если второй — ты продал колл и не взял за него премии.