Свой человек

Весь 1977 год Левша не называл Пистоне своей фамилии. Пистоне, понятно, свою тоже. Один был Левша или Бенни, другой Донни. При этом Донни ужинал у Левши с Луизой, вечерами смотрел с ними телевизор и иногда засыпал у них на диване.

Фамилия прозвучала случайно. Между делом. Они впервые вместе заселялись в отель, и Левша спросил: «Тебя как записать?» Только тогда, пишет Пистоне, «прозвучала моя фамилия – Браско». Свою Левша назвал так же, по делу, когда Донни его куда-то регистрировал. Пистоне объясняет коротко: «Если сам не назовешь фамилию, никто не спросит, таковы понятия».

Человека пускают на диван раньше, чем узнают его фамилию. Своим становятся не по анкете.

С чего началось

За два года до того, во Флориде, Пистоне впервые сел напротив Маршалла. Автомеханик и угонщик, которого ФБР завербовало осведомителем. Им предстояло вместе гонять краденые машины и рисковать головой.

Пистоне начал с того, чего обычно не говорят. Сказал, что не умеет угонять машины. Маршалл хмыкнул: «Нашел проблему». И добавил: «Обучу тебя в два счета». Потом говорили о жёнах, о работе, о том о сём. Маршалл признался, что считал всех агентов офисными крысами. И вынес вердикт: «Ты правильный парень». А следом: «Сойдешь за своего. Поработаем».

Начало не с силы и не с подвигов. С признания, что чего-то не умеешь, и с разговора о жёнах. Человек, который сразу показывает все козыри, вызывает желание проверить, не крапленые ли они.

Стол на двоих

Психологи Линда Тикл-Дегнен и Роберт Розенталь в 1990 году разобрали это чувство на три части. Внимание: человек весь здесь. Тепло: тебе рады. И согласованность: двое попадают в ритм, как грузчики, которые несут один стол. Убери одну ножку, и стол поедет.

У Дона определение было короче. «Свой — это тот, с кем не надо проверять сдачу».

Три года на одну гостиницу

Самую большую гостиницу на нашем берегу Дон брал три года. Первый год ничего не предлагал. Раз в месяц завозил бутылку масла для повара и здоровался с управляющим. На второй год взял мелочь: стирку банкетных скатертей, на которые у их прачечной не хватало рук. Работали так, что придраться было не к чему. На третий год управляющий сам позвонил и спросил, не возьмём ли мы всё.

Я спросил Дона, не жалко ли было трёх лет. Он удивился. «Я не терял три года. Я три года покупал право попросить».

Ёлка в бутыли

Свой — это и обязательство. Это видно по одному сочельнику Пистоне. Смешному и грустному.

В декабре 1976 года он собирался домой, к семье. Но весь день просидел с Альбертом, мелким человеком семьи Коломбо, и его компанией. Поздно вечером, проезжая мимо торговца ёлками, обронил, что у него даже ёлки нет. Альберт заорал: «Тормози!» У торговца осталось три или четыре дерева, скорее связанные лысые палки. Альберт схватил первую попавшуюся и, конечно, самую ободранную.

Ёлку воткнули в бутыль от кулера. Девушки свернули украшения из фольги. «Как же без елки на Рождество, – сиял Альберт. – Еще бы подружку тебе найти». До полуночи вся компания пела гимны. Подарки детям лежали у Пистоне в багажнике, он злился на себя. И при этом понимал: «Они хотят, чтобы я радовался и не чувствовал себя одиноким».

Одна фраза мимоходом запустила чужую заботу, от которой не откажешься. А в январе тот же Альберт познакомил его с людьми Коломбо.

Кто скажет за тебя

Двое могут понравиться друг другу за вечер. Своими их часто делает третий.

На Сицилии «человек чести» не мог сам представиться другому «человеку чести». Нужен был поручитель, известный обоим, и формула вроде «Это наш друг». Диего Гамбетта приводит случай из показаний Антонино Кальдероне. В пятидесятые сын видного члена семьи из Катании уехал в Филадельфию и был там посвящён. Вернувшись через несколько лет на Сицилию, он не мог сказать об этом собственному отцу. Ждал, пока вернётся Калоджеро Синатра, который знал о посвящении и мог подтвердить.

Это крайность. Но и в конторе так. Всегда. Своим тебя делает тот, кто сказал о тебе другому: «Этот надёжный». А поручитель рискует своим словом. Поэтому за кого попало не ручаются.

Что из этого следует

Береги тех, кто за тебя поручился: их слово ты тратишь каждый раз, когда открываешь рот.

Теперь о том, как это делают с тобой. Тепло, за которое ты не платил, тоже выставит счёт. Иногда это просто дружба. А иногда — первый взнос. Если тебя окружили заботой раньше, чем узнали фамилию, порадуйся. И посчитай, кому ты теперь должен.